Or Zion

ב"ה

, Недельная глава:  Шофтим
  • kupol skalyХрамовая гора остается главным местом паломничества евреев на протяжении тысячелетий. 

    В 1936 году многие раввины выступали против подъема евреев в Эрец Исраэль. Сегодня многие раввины выступают против подъема евреев на Храмовую Гору. Но как показывает история: в обоих случаях правы были раввины, призывавшие подниматься.

    Мы приглашаем всех желающих подняться на Гору и послушать об удивительной истории этого места.

    Участие в экскурсии бесплатно. После экскурсии будет возможность оставить пожертвования для организаций «Ор Цион» и «Еврейский взгляд».

    Евреям, желающим подняться (во всех смыслах!) следует предварительно окунуться в микву.
    Нельзя восходить в кожаной обуви и брать с собой любые религиозные предметы.

    С собой нужно взять паспорт. Сбор у КПП подъёма на Храмовую Гору в 7.30.

    Все вопросы и запись по телефону: 025715052 и по e-mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

    Также записаться можно здесь.

  • Shagal sq"Ор Цион" поздравляет всех с торжественным открытием площади имени великого художника Марка Шагала по адресу Иерусалим улица Ха Рав Аган 10 рядом с "Бейт Тихо".

    В церемонии приняли участие мэр Иерусалима Нир Баркат и почетные гости из Израиля и других стран.
    Марк Шагал давно является почетным гражданином Иерусалима. В марте 2014 года инициативная группа Иерусалимского пресс-клуба: Александр Аграновский, Галина Подольская и Роман Гершзон - подали заявку об увековечивании памяти Марка Шагала в его любимом городе. Заявка была удовлетворена еще летом 2016 года, и маленькая площадь у дома Тихо и дома рава Кука, где часто бывал художник, теперь называется "Площадью Марка Шагала".  Инициативная группа выражает свою особую благодарность мэру Ниру Баркату, Яэль Антеби, Марине Концевой и ЗивуТетруку за помощь.

  • gush katif sq120 июня 2017 года в Иерусалиме торжественно открыта "Площадь Гуш Катиф". Инициатором мероприятия выступила вице-мэр Иерусалима Яэль Антеби. Площадь расположена рядом с музеем Гуш Катифа. На церемонии присутствовали мэр города Нир Баркат, скипер Кнессета Юлий Эдельштейн, депутаты мунициплитета Яэль Антеби и Марина Концевая. Еще пришли люди, жившие в снесенных поселениях, у которых не утихла боль по брошенным домам. 12 лет прошло после ухода из Гуш Катифа, райского места, созданного в пустыне трудом его жителей. "Это не должно повториться, нельзя допустить новый Гуш Катиф!" - говорили выступающие.

  • Храмовая гора может стать доступной для всех желающих. В Иерусалиме намерены пересмотреть действующий запрет для посещения святого места политиками. Гость в студии - преподаватель и историк Элиэзер Фридлянд.

     

     

  • parnis2Друг и партнер движения "Ор Цион" гид Арье Парнис написал чудесный путеводитель по Иудейской низменности. С помощью этого путеводителя вы сможете отправиться в путешествие с семьей и друзьями в удивительные места в центре нашей страны. Он откроет перед вами секреты одного из самых интересных и малоизвестный районов Израиля.

    На 45 страницах путеводителя с увлекательным текстом и
    красивыми фотографиями вас ожидают:

    • 6 самых интересных маршрутов экскурсий
      связанных с еврейской культурой;
    • Соединение истории и географии,
      археологии и Танаха, связь прошлого с современностью;
    • Описание пешеходных маршрутов в красивых живописных местах.

    Вместе мы отправимся по следам Шимшона и Давида,
    Иуды Маккавея и еврейских повстанцев против Рима.
    Познакомимся с раскопками древних городов:
    Шаараима и Лахиша, Бейт-Гуврина и Эммауса ...
    На основе последних научных исследований
    мы сможем в новом свете увидеть древние события,
    которые произошли здесь.

    Стоимость путеводителя – 19 шек. (5 дол).
    Эти деньги пойдут на подготовку новых материалов.
    Формат путеводителя - ebook, электронная версия.
    Вы получите его на свой мейл.

    Приобрести путеводитель можно здесь.

Недельная глава Рээ: Противостояние "культурам"

                                                                  

«Ибо вы переходите Иордан, чтобы прийти и завладеть землей, которую Б-г Всесильный ваш дает вам, и вы овладеете ею и поселитесь на ней... Совершенно уничтожьте все места, где народы, которых вы изгоняете, служили божествам своим на горах высоких и на холмах, и под каждым зеленеющим деревом. И разрушьте жертвенники их, и разбейте столбы их, и деревья-идолы их сожгите огнем, и истребите имя их с места этого» (Дварим, 12:1-4).
      А если идолы красивые? Или произведения искусства древности? Как быть? Бить или не бить?
   Венеру Милосскую и Нику бить не надо. Нефертити — тоже. Во-первых, они находятся не в Израиле, а в Париже; во-вторых эти женщины совершенно не стоят международного скандала; в-третьих, они и так побитые: у одной нет рук, у другой — головы, еще у одной — только голова... А в-четвертых, им никто сегодня не поклоняется.
    А если найти в Израиле настоящие предметы поклонения, имеющие художественную ценность или не имеющие ее? Тогда, теоретически, надо было бы бить. Но практически сегодня никто не разрушает «материальные ценности», даже если они являются объектами поклонения и даже если им поклоняются в Израиле, так как это запрещает государственный закон, а он в подобных случаях — доминирующий. 
  Однако, требование очистить Землю от идолопоклонства никто не отменял, и когда-нибудь с приходом Машиаха и установлением его власти придется все это исполнять. Но тогда будет проще: внешняя красота не сможет заслонить скрывающуюся за ней духовную нечистоту, и человек будет испытывать непреодолимое отвращение к идолам.
    И вот, когда мы, казалось бы, уже во всем разобрались, Тора неожиданно ставит нас перед новой дилеммой: «Когда истребит Б-г Всесильный твои народы, к которым ты идешь, чтобы изгнать их от себя, и ты изгонишь их и поселишься в земле их, остерегайся, чтобы ты не попал в сети, следуя им, по истреблении их от лица твоего, и не искал богов их, говоря: «Как служат народы эти божествам своим, так буду делать и я». Не делай так Б-гу Всесильному твоему, ибо все, чего гнушается Б-г, что Он ненавидит, делали они божествам своим; ведь даже сыновей своих и дочерей своих сжигают они на огне божествам своим. Все, что я заповедую вам, бережно исполняйте, не прибавляй к тому и не убавляй от того» (Дварим, 12: 29-31, 13:1).
   Ну хорошо, изучать колдовские приемы и применять их или использовать технику медитации древних культов, связанную с образами божеств или идеями, воплощенными в них, запрещено, а как быть с общей культурой? Можно ли пользоваться ее достижениями в области духа, этики, эстетики, философии и научного мировоззрения и интегрировать в нашу жизнь?
   Этот вопрос встал перед многими из нас, воспитанными на русской и европейской культуре, когда мы репатриировались в Израиль и познакомились с еврейскими ценностями. Конечно, можно продолжать как и прежде удовлетворять свои духовные потребности, постоянно возвращаясь к произведениям русской и мировой культуры, и оставить непонятную Тору в стороне. Но Земля Израиля не принимает такого подхода, в этом есть какая-то противоестественность, которая ведет к застою в развитии личности. А когда ты начинаешь проникаться идеями Торы, возникает внутренний конфликт между пластом русской и западноевропейской культуры, существующим в твоем сознании. В чем причина такого конфликта? Можно его устранить и нужно ли его устранить?
  И можно, и нужно. Но для этого надо понять проблему. Она не родилась сегодня, а восходит своими корнями к периоду формирования народов. (С точки зрения Торы — к периоду разрушения Вавилонской башни, с точки зрения науки — к великому переселению народов из района современного Ирака.) Еврейский народ должен был дать миру содержание — знание о Б-ге и о путях Его проявления в мире, а народы мира — найти форму адекватного выражения в произведениях искусства идеи неразрывной связи человека с Б-гом. И камень, и слово, и гармония музыкального строя должны были стать рассказом о единстве Б-га и о Его подобии — человеке. Понятие о глобальном единстве должно было родить настоящую любовь и сделать невозможным убийства и войны. Ведь убивающий разрушает Образ и Подобие!
  О предназначении многих народов быть создателями формы для выражения глобальных идей, сказано (Берешит, 9:27): «И даст Б-г красоту Яфету, и будет пребывать в шатрах Шема». (Яфет — праотец народов западного мира — и прежде всего Греции.) Красота должна была стать выражением идей, которые рождаются в шатрах Шема. Но этого не произошло. Человек начал воспевать сам себя и вместо того, чтобы попытаться стать Образом и Подобием в духовном смысле слова, он удовлетворился своей внешней красотой и формами и красками окружающего мира. Он был доволен собой и не пытался ничего исправить. Ему не подходил требовательный Б-г, обязывающий устранить дурное желание из сердца и несправедливость из жизни, и он создал себе объекты для поклонения, которые фактически были ни чем иным, как выражением его собственных пороков. Он высекал их из камня, восхищался ими и воспевал в стихах. Форма оторвалась от содержания. Форма стала содержанием.
  Обожествление дурного начала человека и преклонение перед ним продолжается и в наше время. Просто оно обрело новые формы. Идолопоклонство отошло на задний план, и его заменила культура. И она, как наследница древних культов, также основывается на поклонении человеку со всеми его недостатками. 
   Мастера Древней Греции, обожествившие человеческие чувства, и философы, обожествившие разум, вдохновили тех, кто создавал европейскую культуру. Да, человек не лишен благородства и для него естественно искать добро и истину. Но пока он не захочет исправить сам себя, все его попытки понять что-либо и преобразовать окружающий мир будут разбиваться вдребезги. И поколение за поколением, воспитываясь на ложных идеалах, будет выплескивать свое дурное начало во внешний мир, рождая преступления и войны. И властолюбие, и жестокость поставят себе на службу даже такие высокие идеалы, как свобода, равенство, братство.
  Еврейская культура, какие бы формы она ни принимала, ставит перед собой задачу не только и не столько любоваться существующим, сколько преобразовывать его — раскрыть в человеке Образ и Подобие и очистить весь мир от зла, чтобы в нем проявилась настоящая красота. А у народов мира есть только один выход: признать величие идей Торы и необходимость следовать им: «И будет, в конце дней утвердится гора дома Б-га (и вознесется) над вершинами (всех) гор, и возвысится над холмами, и устремятся к ней все народы. И пойдут многие народы, и скажут: «Давайте взойдем на гору Б-га, в дом Б-га Яакова, и укажет (Он) нам пути Свои, и мы пойдем по дорогам Его. Ибо из Циона выйдет Тора и слово Б-га — из Йерушалаима. И рассудит Он между нациями, и даст поучение многим народам; и перекуют они мечи свои на мотыги и копья свои — на ножницы (для обрезания ветвей); не поднимет народ на народ меча, и не будут более учиться воевать» (Йешаяу, 1:2-4). Но до будущих времен надо как-то дожить.

   Как же быть? Один выход предложил «Йоси» Мандельштам:

Только детские книги читать,
Только детские думы лелеять,
Все большое далеко развеять,
Из глубокой печали восстать.


   Давайте каждый день начинать все сначала. С самого детства, с того времени, когда нас не разрывали на части наши страсти и не заводили в дебри наши ложные представления о мире.
  Давайте представим себе, что весь мир — это большой детский сад и отбросим весь тот груз взрослых людей, который называется культурой. (Когда он говорил о детских книжках, то имел в виду легкого и беззаботного разрушителя стереотипов Сашу Черного, а не русские народные сказки — с ними от глубокой печали не оторвешься.)
   Навсегда вернуться в детство — заманчивое предложение, но не всем оно подходит: значительная часть человечества не может без искусства, без стремления к прекрасному и без поиска форм самовыражения. Но если мы хотим восторгаться красотой, нам необходимо форму наполнить содержанием — создать еврейское искусство, правильно отражающее теологические аспекты и передающее из поколения в поколение систему еврейских моральных ценностей.
  Можно спросить: «А что же мы этим до сих пор не занимались?» Занимались, но, может быть, не столь интенсивно, как окружающие нас народы. Но ведь они жили на своей земле, в независимых государствах, и развивали свои культуры. А мы на протяжении 2000 лет только пытались сохранить то, что было у нас раньше.
   С началом заселения Земли Израиля начался интенсивный поиск путей создания еврейского искусства: живописи, скульптуры, литературы. Этот поиск был далеко не безуспешным. В нем на первый план выдвинулись проблемы гонимого народа, отстаивающего собственное достоинство и возвращающегося на свою опустошенную родину.
   Еврейская культура в значительной степени противостоит культуре западной. Удивительно точно отобразил это противостояние израильский художник Йоси Розенштейн. Его картина повествует о том моменте, когда Моше спустился с горы Синай и обнаружил внизу золотого тельца. Телец — не телец, а модель атома, олицетворяющая веру человека в свой разум и в свои силы, делающие его самодостаточным и не нуждающимся ни в каком Б-жественном учении: он способен постичь тайны материи и распоряжаться ею и своей судьбой, он — хозяин всего существующего. Это не просто представления о мире, а самый настоящий культ собственного разума. Недаром атом стоит на жертвеннике.
   В руках у Моше скрижали — они накрыты талитом, потому что не могут существовать в одном зрительном пространстве вместе с «тельцом». Каменные скрижали преисполнены духовности — готовы взлететь ввысь. А сам Моше несколько похож на робота: при взгляде на «модель основы мира» даже великий мудрец невольно изменился и стал менее живым и более «схематичным». Разобьет или не разобьет? И что разобьет — скрижали или атом? Уж больно он красивый...

Печать E-mail

Недельная глава Рээ: Тернистый участок пути

«Смотри, я положил сегодня перед вами благословение и проклятие. Благословение — в том, что будете слушать заповеди Б-га, Всесильного вашего, которые я заповедую вам сегодня, а проклятия — если не послушаете заповеди Б-га, Всесильного вашего, и свернете с пути, который я заповедую вам сегодня...» (Дварим, 11:26-28).

Между обещанием дать благословение и счастье всем, кто изучает Тору и хранит заповеди, и той простой действительностью, в которой мы живем, существует противоречие. Судьба далеко не всегда различает между праведником и злодеем, между достойным и недостойным.
Мудрецы Талмуда не оставили без внимания это противоречие и сформулировали проблему следующим образом: «Почему есть праведник, которому плохо, и есть злодей, которому хорошо?» (Брахот 7а).
Этот вопрос задал Моше, стоя перед Всевышним на горе Синай в момент самого сильного раскрытия истины за всю историю человечества. По мнению раби Йоханана, Всевышний ответил ему: «Праведник, которому плохо, — это праведник-сын злодея, а злодей, которому хорошо, — это злодей-сын праведника». Но мудрецы Талмуда не приняли его объяснение. Они усмотрели в нем противоречие общему принципу: «Всевышний не перекладывает на детей ответственность за грехи родителей, если только они не повторяют те же самые преступления, которые совершали их отцы» (Брахот, там же). Но в этом случае детей трудно назвать праведниками — Всевышний называет их «ненавидящие меня» (Шмот, 2:6). Следовательно, объяснение раби Йоханана — «праведник, которому плохо, вне всякого сомнения, страдает за грехи отца-злодея» — трудно принять. Если сын злодея получает наказание за грехи отца, это свидетельствует о том, что он продолжает совершать плохие поступки, свойственные предыдущему поколению. Будь он праведником и сумей он освободиться, от того дурного, что делал его отец, — он не был бы наказан за его дела.
Талмуд предпринимает отчаянную попытку найти ответ на вопрос, почему праведник часто страдает, а злодей — блаженствует: «Праведник, который страдает, — это не полный праведник, а злодей, которому хорошо, — это не полный злодей» (Брахот, там же). Это объяснение хорошо согласуется с общим принципом, приведенным в трактате Таанит: «Так же, как в будущем мире злодей несет наказание за все, даже самые незначительные провинности, праведник в этом мире несет наказание даже за незначительные ошибки и недостатки. И так же, как праведник получает награду в будущем мире даже за незначительные заслуги, злодей получает награду в этом мире даже за незначительные хорошие поступки» (Таанит 11а).
Для Талмуда наказание «неполного» праведника за те незначительные недостатки, которые у него есть, в этом мире и воздаяние «неполному» злодею за те небольшие заслуги, которые он приобрел на протяжении своей земной жизни, являются хорошим ответом. Однако книга «Зогар» не удовлетворяется им. «Кто же это — неполный праведник? — спрашивает она. — Разве тот, кто не достиг совершенства во всех своих делах, называется праведником? Злодеем он называется!» («Зогар», глава Пинхас). Таким образом, «Зогар» отвергает объяснение Талмуда, согласно которому праведник, которому плохо, — это «неполный» праведник.
В трактате Брахот, где был поднят этот вопрос, приводится мнение раби Меира, который считает, что эта проблема не имеет решения, ибо даже Моше не получил ответа, почему праведники иногда страдают, а злодеи преуспевают. По словам раби Меира, Всевышний на вопрос Моше о справедливости воздаяния за дела человеческие ответил так: «И помилую того, кого помилую, и сжалюсь над тем, над кем сжалюсь» (Шмот, 33:19). Б-жественная милость бесконечна, а человек живет в ограниченном мире, и потому никто не в состоянии постичь, как Творец управляет миром и по какому пути ведет человека. Такое же мнение высказывается в книге Сифри. Основываясь на стихе Торы: «Смотри, я кладу перед тобой сегодня благословение и проклятие...», она объясняет: «Смотри...» Но стоя в материальном мире, ты не можешь увидеть, как воздается награда и как приходит наказание, и поэтому в принцип воздаяния ты должен верить». Сифри поясняет свой комментарий с помощью примера: «Человек сидел у развилки дорог. Одна дорога была ровной и удобной вначале, но тернистой в продолжении, а другая — тернистой вначале, а через несколько шагов очень удобной. И этот человек предупреждал всех: «Смотрите, здесь вы пройдете несколько шагов и попадете в колючки, а здесь вы пройдете несколько шагов по колючкам, а дальше пойдете по ровному и удобному пути».
Итак, по мнению раби Меира, приведенному в Талмуде, и по мнению мудрецов, составивших комментарий Сифри, в этом мире нет ответа на вопрос о принципах воздаяния. Просто, несмотря ни на что, нужно продвигаться по правильной дороге и верить, что справедливость обязательно восторжествует.
Однако многие мудрецы не соглашаются с существованием принципиально неразрешимой проблемы. Они считают, что слово «смотри» указывает не на то, что в будущем мире все будет ясно и понятно, а на то, что нужно научиться правильно видеть в этом мире. Они опираются на простой смысл рассматриваемого предложения Торы: «Благословение в том, что будете слушать заповеди Б-га, Всесильного вашего, которые я заповедую вам сегодня, а проклятие — если не послушаете заповеди Б-га, Всесильного вашего». Само исполнение заповедей Торы и ее изучение — благословение, так как это приближает ко Всевышнему. Сказано в Тегилим (73:22): «А близость ко Всевышнему — благо для меня». Преступление удаляет от Творца — и это само по себе трагедия. Об этом в трактате «Авот» говорит Бен Азай: «Награда за заповедь — возможность исполнить еще одну заповедь, а наказание за преступление — еще одно преступление, которое приходит в руки человека, и он совершает его». Ощущение счастья никогда не покидает праведника, а злодей живет в состоянии беспокойства, вечных страхов и подозрений и даже в периоды успеха не получает удовольствия от жизни. «Злодеи при жизни называются мертвыми» (Брахот 18б). С точки зрения последнего объяснения, тот, кто считает, что есть праведник, которому плохо, и злодей, которому хорошо, ошибается. Ему следует открыть глаза или пересмотреть те понятия, которыми он пользуется, и подумать, что собственно он называет счастьем, а что — страданием.

Печать E-mail

Недельная глава Рээ: Клятва на горах

       Горы Гризим и Эйваль – в самом центре Израиля. Они ограничивают город Шхем с двух сторон. Дома плотно заполняют ложбину между двумя горными хребтами и ползут вверх по крутым склонам. На горе Гризим домов много, на горе Эйваль – единицы. Арабы суеверны и потому никогда не любили селиться на горе Эйваль, а если уж вынуждены были строить там дома, то красили их в голубой цвет, что, по их мнению, защищает от дурного глаза. Суеверия – это все, что они взяли из нашей Торы. Убежденность арабов в том, что гора Эйваль несет проклятие, связано с важнейшим эпизодом в еврейской истории, не имеющем отношения к ним. «Смотри, я кладу перед тобою сегодня благословение и проклятие» - сказано в недельной главе. Это обращение Моше к сыновьям Израиля, расположившимся станом на восточном берегу Иордана и готовым перейти реку, чтобы завоевать Землю. Моше знает, что ему самому не суждено переступить границы святости. Через месяц после смерти Моше евреи во главе с Йегошуа пересекут Иордан и прежде всего сделают обрезание всем, кто не был обрезан в пустыне. Через три дня, выйдя со стоянки в Гильгаль, они направятся в Шхем, чтобы исполнить повеление Моше: «И будет, когда приведет тебя Б-г Всесильный в ту землю, в которую ты вступаешь, чтобы овладеть ею, то положишь благословение на гору Гризим, а проклятие - на гору Эйваль...». «...Тогда поставь себе камни большие и обмажь их известью. И напиши на них все слова Торы этой... дабы ты вступил в Землю, текущую молоком и медом» (Дварим 11:29; 27:2-3). Повеление Моше было исполнено в точности, и перед лицом Торы, начертанной на камнях Святой Земли, была произнесена клятва, подобно тому, как сегодня солдаты армии обороны Израиля клянутся на книге Торы, получая оружие. На плоской вершине горы Эйваль - армейская база, усеянная антеннами. Если немного спуститься от нее по противоположному от города склону, то твоим глазам откроется доказательство истинности и величия нашей истории: раскопанный после войны 67-го года жертвенник, на камнях которого была начертана Тора – завет наших предков, буквы, связывающие нас с Землей. Известь давно смыли дожди, но сами камни стоят, как и стояли – почти не нужно было реконструкции. «Если жертвенник из камней будешь делать Мне, не закладывай их тесаными», - пишет Тора (Шмот 20:25). Так и сделано - необтесанные камни образуют жертвенник высотой в два человеческих роста. Наверху – большая площадка для костра. На нее поднимаются по пандусу, выложенному из таких же камней, как положено по закону: «И не всходи по ступеням на жертвенник мой». По многим мнениям, на камнях жертвенника, покрытых известью, была написана вся Тора. Левиты стояли внизу, на плече между двумя горами, и, держа ковчег завета, произносили благословения тем, кто исполняет заветы Торы, и проклятия тем, кто пренебрегает ими. Благословляя, они поворачивались в сторону горы Гризим, а проклиная – в сторону горы Эйваль. В это время на горе Гризим стояли шесть колен и отвечали «амен» на благословения левитов, а на гору Эйваль поднялись другие шесть – и отвечали «амен» на проклятия. К самому городу приклеилось чужое название – Наблус. И только древнее его имя, которое произносили наши праотцы - Шхем («плечо») отражает действительность. На въезде в Шхем находится могила Йосефа. Из Шхема сыновья Яакова продали Йосефа в рабство. Сюда же принесли его останки евреи, совершившие исход из Египта, и похоронили, как он завещал: «Вынесите мои кости отсюда». Здесь же, на горах Геризим и Эйваль, была произнесена всем народом клятва, превратившая все колена в единый народ. Круг замкнулся. В новые времена на могиле Йосефа постоянно действовала йешива. Сегодня она не в наших руках. Тора дала нам право на всю Землю Израиля, но народы мира всегда оспаривали и оспаривают его, называя нас захватчиками. Мы никогда не были захватчиками и, возвращаясь из двухтысячелетнего изгнания, всегда стремились урегулировать свои отношения с местным населением. Но и от родины мы никогда не отказывались и не откажемся. У трех мест в Израиле особый статус, и об этом сказали наши Мудрецы: «Принадлежность трех мест народу Израиля народы мира никогда не смогут оспаривать – пещера Махпела в Хевроне, которую купил Авраам, чтобы похоронить Сару; могила Йосефа, расположенная на месте, купленном Яаковом возле города Шхем, и Храмовая Гора, купленная Давидом». Сегодня все эти места частично или полностью в руках арабов. Значит – точка, дальше некуда. Теперь история пойдет иным путем.                                       

Печать E-mail

Не добавляй

Сказал царь Давид: «Веления Бога прямые, радуют они сердце. Заповедь Бога ясная, просветляет глаза» (Теилим, 19:9).

И, казалось бы, чем больше заповедей – тем лучше.

Однако Тора предупредила: «Все, что Я заповедал вам – это храните, чтобы исполнять. Не прибавляйте к этому и не убавляйте» Дварим, 13:1).

Человек не может сам изобрести повеления, исполнение которых приблизит его к Всевышнему. И если вместо одного этрога в Суккот взять два, добавить слова к благословению коэнов или сделать тфилин с пятью отделениями для отрывков, взятых из текста Торы, от этого не будет лучше.

Но повеление «не добавляй», простое и понятное в некоторых случаях: там, где семь дней (праздник Суккот), не добавляй восьмого, там, где четыре нити (цицит), не продевай пятую – становится трудным для понимания и исполнения, когда границы закона не определены точно в тексте Торы.

Рассказывают такую притчу: «Сказал Всевышний Моше: «Не вари козленка в молоке матери его». А Моше спросил: «Значит ли это, что вообще не следует варить мясо животных в молоке?» Ответил Всевышний: «Моше, Я говорю тебе, не вари козленка в молоке матери его». Моше же снова спросил: «Значит ли это, что и мясо птицы не следует варить в молоке?» Всевышний в ответ повторил: «Не вари козленка в молоке матери его». Моше снова спросил: «Значит ли это, что между мясной и молочной пищей следует делать перерыв в шесть часов?» Тогда сказал ему Всевышний: «Делайте, что хотите».

Смешно, конечно. Но эта притча вскрывает глубокое непонимание того, как заповеди записываются в Торе, и какой смысл скрывается за ними. Во-первых, «козленок» – это неверный перевод. В данном случае слово гди означает любой молодняк. Во-вторых, Тора – это не художественное произведение, которое допускает любые трактовки, а, в каком-то смысле, – научный текст со своими правилами прочтения, которые были даны Моше свыше. В противном случае, можно было бы понять что угодно и как угодно: объявить белое черным, а разбитое – целым.

Одним из правил прочтения является «общее и частное»: если записано какое-то конкретное ограничение или повеление, они понимаются как пример, который требует максимального расширения. И в данном случае «козленок» понимается как любое кошерное животное, а «молоко матери» – как любое молоко кошерных животных.

Запрет, которого мы обязаны придерживаться в реальной жизни, имеет свое отображение в духовном мире. Мясо и кровь в нем – это то, чем не делятся. Плоть – она своя (если не говорить о редких случаях донорства органов и переливания крови). А вот молоко создано, чтобы накормить другого. Варка мяса и молока похожа на совмещение альтруизма и эгоизма, как качеств души. А этого не должно происходить: пусть альтруизм будет чист от примеси эгоизма, а эгоизм, без которого невозможно поддерживать свое существование, будет ограничен. Таким образом, закон, который казался формальным, обретает глубокий смысл. Тора, говоря о козленке и молоке его матери, дала понять, что цель всех законов – раскрыть качество милости в душе человека и удалить его от жестокости. *

Таким образом, мудрецы, запретив варить мясо в молоке, употреблять его в пищу или продавать, не наложили дополнительных ограничений, а лишь раскрыли закон Торы.

Однако в некоторых случаях мудрецы вводили заповеди, которые не записаны в Торе, и, тем самым, казалось бы, нарушали запрет «не добавляй». Так, например, заповеди Пурима были введены после чудесного спасения народа от полного уничтожения в Персии, а заповеди Хануки – после победы Хашмонаев над сирийцами. Как же следует относиться к этим праздникам, ставшим частью нашей жизни?

В выделении особых дней в календаре нет ничего предосудительного. Напротив, цель этих праздников – исполнить общее предписание Торы: оповестить о чудесах Всевышнего весь мир. А как это конкретно делать – решили мудрецы тех поколений.

Но как в свете запрета «не добавляй» относиться к заявлению тех, кто возглавил народ в период возвращения из Вавилонского плена (аншей Кнессет а-гдола): «сделайте ограду Торе» – введите дополнительные ограничения и правила, соблюдение которых позволит не очень грамотным людям не нарушать закон.

Одним из ограничений, введенных в то время, является запрет переносить или передвигать в субботу предметы, использование которых может привести к нарушению субботних законов.

Понятно, что эти ограничения – вынужденная мера. И хотя она и дает положительные результаты, прибегать к ней следует с большой осторожностью. И не случайно мидраш рассказывает: «Если бы не желание Адама ввести дополнительные ограничения, чтобы Хава не нарушила запрет Всевышнего, не было бы первого греха. сказал он Хаве: «Не ешь с дерева познания добра и зла и не прикасайся к нему, а то умрем». А Всевышний не запретил прикасаться к дереву. И этим воспользовался змей. И когда Хава сказала: «А с дерева, которое внутри сада, Всесильный сказал не есть и не прикасаться к нему, чтобы не умереть нам», змей ответил: «Умереть – не умрете». И толкнул Хаву. Она оперлась на дерево, чтобы не упасть, и подумала, что, если она не умерла, то и съев его плоды, останется в живых (Мидраш раба; Раши,).

Ограничения должны вводиться с умом: так, чтобы не перегрузить человека и не создать у него впечатление, что сами ограничения столь же строги, как и запреты Торы.

Однако в нашем поколении вводятся все новые и новые постановления, соблюдение которых приводит к тому, что человек забывает о смысле законов Торы, отгораживается от внешнего мира и начинает бояться собственной тени. В некоторых общинах запрещают держать в доме телевизор и пользоваться интернетом, чтобы на глаза не попалось то, на что не следует смотреть, и чтобы не приблизиться к западной культуре. Не лучше ли направить усилия на то, чтобы превратить телевидение и интернет в инструменты познания мира и распространения знаний Торы, в частности создав каналы, пользование которыми пойдет на пользу любому человеку?

Другой пример – запрет слушать пение женщины. Шулхан Арух относит этот запрет только ко времени произнесения молитвы «Шма Исраэль» (Орах хаим, 75:3). Так откуда же взялись постановления, что вообще запрещено слушать женское пение, и что даже тот, кто прослушивает записи, нарушает запрет Торы? Не является ли это лишним бременем, усложняющим жизнь, а иногда и унижающим человеческое достоинство?

Желание оградить человека от преступлений – безгранично. И вот вводятся правила одежды для женщин, похожие на те, которыми пользуются в Иране, и даже раздельные автобусы или места в автобусах...

Тору невозможно соблюдать без ограды, но строить эту ограду можно доверить только умным и чутким людям, хорошо понимающим проблемы современности. А стремление ввести все новые и новые ограничения характерно для тех, кто хочет изменить приоритеты ценностей, занять людей ненужными мелочами и увести их от главных проблем. Так, например, устрожения и ограничения, которые вводятся уже на существующие устрожения и ограничения, характерны для  общин, которые против службы в армии. Не исполнять заповедь защищать евреев, не участвовать в завоевании земли Израиля, стоять в стороне от возрождения народа… И понятно, что для того, чтобы удержаться на этих позициях, нужно вводить постоянные ограничения, обсуждать их каждый день и следить за их исполнением.

Наша задача заключается в том, чтобы ограда Торы объединяла народ, а не разделяла его. Мы должны войти в новый период нашей истории, когда речь пойдет о создании государства Торы и о построении Храма, как древний и постоянно обновляющийся народ. У нас нет морального права ментально оставаться в Польше девятнадцатого века.

 

* Мудрецы Талмуды не пришли к единому мнению относительного того, распространяется ли этот запрет на мясо птиц. В подобных случаях следует идти по пути устрожения.

Автор: рав Зеэв Мешков

Печать E-mail

  • 1
  • 2

Пожертвовать Yandex.Деньги

рублей Яндекс.Деньгами
на счет 41001174821665 (Движение Ор Цион)

Флаги посетителей

Free counters!